Узбекистан запустил правила работы специальной майнинг-зоны Besqala Mining Valley — зоны, которая занимает всю территорию Каракалпакстана. Минюст зарегистрировал документ 8 июля 2026 года, а следом регулятор освободил резидентов от ежемесячных сборов до 2035 года.
Речь идёт о попытке страны собрать майнинг в один регулируемый контур и одновременно подтянуть экономику депрессивного региона. Каракалпакстан — это огромная и небогатая часть Узбекистана, и власти делают ставку на майнинг как на способ привлечь деньги и создать рабочие места.
Что утвердил Узбекистан в правилах Besqala Mining Valley
Положение приняло Национальное агентство перспективных проектов (НАПП) — это регулятор в сфере оборота криптоактивов. Правила определяют порядок регистрации резидентов, условия ведения майнинга, требования к участникам и правила использования электроэнергии.
Вся территория Каракалпакстана считается территорией специальной зоны. При этом резидентом может стать не кто угодно: статус доступен только юридическим лицам, зарегистрированным в Каракалпакстане. Физлица и внешние компании без местной регистрации в игру не входят.
Вход в зону сделали дешёвым на старте. Госпошлина и другие сборы за подачу заявления не взимаются, а решение о регистрации или отказе принимается в течение 30 дней. По данным профильных изданий, для получения статуса резидента компании нужен минимальный уставной капитал в 5 000 базовых расчётных единиц — около 2.06 млрд сумов, примерно $170 800.
Зона появилась не на пустом месте. Besqala Mining Valley учредили постановлением президента ПП-143 от 17 апреля 2026 года, а майнеры смогут добывать криптоактивы, продавать и обменивать их на национальных биржах, зарубежных платформах и по прямым договорам. Выручку при этом положено заводить через банковскую систему Узбекистана.
Освобождение от сборов до 2035 года и налоговые льготы
Самая заметная часть истории — деньги. 27 июля регулятор вместе с Министерством экономики и финансов и Налоговым комитетом внёс поправки, по которым резиденты Besqala Mining Valley до 1 января 2035 года освобождаются от ежемесячных сборов. Льгота действует и для майнеров, и для криптомагазинов, и для криптодепозитариев.
Чтобы понять масштаб послабления, полезно взглянуть на действующие ставки сборов. По текущему положению они выглядят так:
Поверх этого работает налоговый режим самой зоны. По данным зарубежных изданий, резиденты освобождены от налогов на доход, имущество, землю и НДС до 2035 года. Вместо налогов они отчисляют дирекции зоны 1% своих доходов ежемесячно.
Это классическая логика офшора для майнинга: государство отказывается от прямых сборов в обмен на приток инвестиций, легальную выручку в местных банках и небольшую комиссию с оборота. В НАПП прямо связывают льготу с задачей повысить привлекательность Каракалпакстана для иностранных инвесторов и увеличить доходы резидентов.
Почему электроэнергия по двойному тарифу — ключевой момент для майнеров
Для майнинга главный расход — это электричество, и здесь Узбекистан задал жёсткие рамки. Плата за энергию из общей сети начисляется по тарифу с двойным коэффициентом. То есть майнеры платят вдвое больше базовой ставки за киловатт-час, если берут ток из единой энергосистемы.
Альтернатива — собственная генерация. Резидентам разрешено использовать электроэнергию из возобновляемых источников, водородных электростанций, а также энергию, полученную за счёт освоения нерентабельных, низкодебитных и истощающихся месторождений углеводородов на территории зоны. По сути, майнинг здесь встраивают в задачу утилизации того, что иначе простаивает или не окупается.
Двойной тариф — это компромисс. С одной стороны, он защищает энергосистему от того, чтобы майнеры выкачивали дешёвое электричество в ущерб населению и промышленности. С другой — он подталкивает крупных операторов строить свою генерацию, а не садиться на общую сеть. Для больших майнинговых компаний с собственными зелёными мощностями зона выглядит выгоднее, чем для мелких игроков без своей энергетики.
Что Besqala Mining Valley значит для рынка майнинга в Центральной Азии
Узбекистан заходит на территорию, где уже играют соседи. Центральная Азия давно стала магнитом для майнеров благодаря энергетике и растущему регулированию — похожую траекторию проходит цифровая экономика Казахстана со своим цифровым кодексом и стратегией майнинга. В том же направлении движется и Республика Беларусь, выстраивая собственную цифровую экосистему.
Выигрывают от такой модели прежде всего крупные майнинговые операторы с доступом к собственной генерации: им дают налоговые каникулы до 2035 года, понятные правила и легальный канал сбыта. В минусе — мелкие игроки и физлица, которым вход в зону закрыт из-за требований к юрлицу и капиталу.
Читайте также: Regulated Layer One (RL1): европейские финансы объединяются вокруг общего распределённого реестра
Есть и системный риск, о котором стоит помнить. Майнинг создаёт мало постоянных рабочих мест, а нагрузка на энергосистему региона — вопрос отдельный. Двойной тариф решает часть проблемы, но реальный эффект для экономики Каракалпакстана будет зависеть от того, сколько инвесторов действительно зайдёт в зону, а не только зарегистрируется на бумаге.
Дальше важно смотреть на две вещи: сколько компаний получат статус резидента в ближайшие месяцы и как поведёт себя энергосистема региона под майнинговой нагрузкой. Именно эти цифры покажут, стала ли Besqala Mining Valley реальным хабом или осталась красивой рамкой на карте.
